Дни и жизни :: Пропаганда

Заключенная: Маргарита Бубер Нойманн

Бубер-Нойманн и некоторых других немецких заключенных выпустили из Карагандинского лагеря без предоставления обьяснений. Они прибыли на станцию в Москву, надеясь, что их освободят. «Мы вышли на станционные пути, и мое сердце сжалось. Впереди стоял тюремный автомобиль. Я не совсем понимала, что ожидать; я об этом не думала. После приятной поездки это стало шоком. Мы почти почувствовали себя свободными.» В действительности заключенные продолжили путь в немецкие концентрационные лагеря. Бубер-Нойманн провела следущие пять лет в концентрационном лагере Равенсбрук и освободилась в конце Второй Мировой войны.

Digging a Grave

Влияние пропаганды

Трудно оценить влияние пропаганда. Несмотря на все их страдания, многие заключенные Гулага любили свою страну. Когда перед ними встал вопрос о защите своей родины во Вторую Мировую войну или в Великую Отечественную войну Советского Союза , любовь к стране , провозглавшаяся лагерной администрацией, нашла отклик среди заключенных. Евгения Гинзбург описала появление в Колыме сообщения о фашистском вторжении в Советский Союз. «Люди, поруганные, истерзанные четырьмя годами страданий, мы вдруг осознаем себя гражданами своей страны. За нее, за нашу родину, дрожим мы сейчас, ее отвергнутые дети. »

Большинство заключенных Гулага усердно работали в лагерях, чтобы обеспечить фронт едой, топливом и обмундированием. Более миллиона заключенных были освобождены из лагеря, чтобы вступить в ряды Красной армии и воевать на фронте. Некоторые героически защищали свою родину. Явились ли любовь к стране и их героические поступки результатом пропаганды Гулага? Весьма маловероятно.