Дни и жизни :: Солидарность

Заключенный: Лев Разгон

Ранний развод зимой – совершенная бессмыслица. Мы приходим на лесосеку в полной темноте, когда лес рубить невозможно. И нужно ждать, пока раздвиднеется. Вот это ожидание и является самым значительным для нас. Без приказа бригадира несколько человек спиливают сухостойную сосну, мгновенно разрезают ее на чурбаки, раскалывают и разжигают два костра: один маленький – для конвоя и один большой – для бригады. Рассаживаемся на поваленные деревья. Мы свободны сейчас, мы хозяева своих мыслей, воспоминаний, даже дел.От костра идет тепло – такое живительное, такое домашнее, пламя напоминает о чем-то далеком, оставленном…Большинство молчит.Кто дремлет, кто не сводит глаз с пламени, кто деловито подвязывает чуни или даже пуговицу пришивает, некоторые тихонько разговаривают.

Введение

Между заключенными вспыхивали конфликтные ситуации, но тем не менее чувства солидарности и сострадания крепли среди заключенных, разделявших происхождение особенно на этнографический или релиогизной основе. Эти сильные связи ежедневно защищали и поддерживали заключенных Гулага.