Дни и жизни :: Страдания

Заключенный: Владимир Чернавин

Это послужило началом настоящей дружбы с уголовниками, чье отношение ко мне было глубоко трогательным. Так, один из заключенных принес мне немного холодного супа и немного каши, представляющей затвердевшую вязкую массу. Я не мог это есть. Я вынул из кармана забытое яблоко на удивление своих соседей. «Яблоко? Свежее? Как тебе удалось пронести его?Это строго запрещено.» Я не знаю; они пропустили. У меня есть еще. Хотите? «Почему бы нет. Хотим,» – ответил Павел с волнением и радостью в голосе. «Нам ужасно не хватает зелени. Здесь нам не дают ничего свежего. Это приводит к цинге. У Вани она уже есть.» Павел кивнул в сторону соседа. « К тому же мы не получаем никаких жиров, и поэтому у нас –язвы; иногда они просто ужасающие, особенно на желудке и спине.

Предисловие

Узники Гулага жили в непереносимых условиях быта и работы. Они замерзали в плохо отопляемых бараках после работы при cорокоградусном морозе; боролись с голодом; и подвергались постоянным унижениям.

Movie Transcription

Cильные, непереносимые приступы голода непрестанно пытали узников Гулага. Протискиваясь к окошку столовой, заключенные жаждали … требовали еды, всегда зная но пытаясь забыть что жидкая, водянистая каша … что маленький кусочек хлеба (иногда приготовленный почти полностью из опилок) … что эти жалкие «обеды» не смогут подготовить их к атаке местного климата в течение дня. Прохудившиеся лохмотья, не достойные того чтобы их называли «одеждой», защищала заключенных не больше, чем мизерная «еда» удовлетворяла их постоянный голод. Гулаг, в конце концов, располагался в самых холодных местах планеты, глубоко в замерзшей Сибири. Даже конец рабочего дня не приносил облегчения в этом аду. Практически не отопляемые, переполненные бараки воняли больными и умершими, хотя даже это было лучше чем участь «наказанных» заключенных, которые могли проводить несколько месяцев в совсем не отопляемом, cыром карцере, без одеял и на голодном штрафном пайке.