Дни и жизни :: Страдания

Заключенный: Густав Херлинг

«В небольшой бане с мрачным серым светом, который просачивался сквозь грязные оконные стекла, от огромного бака с кипящей водой исходил пар. Перед тем, как войти туда, мы отдавали одежду для дезинсекции и получали кусочек сероватого мыла размером с фишку домино. После того, как одежда проходила санитарную очистку, ее приносил пожилой священник и вешал на кольца на длинном шесте. Наклоняя шест, он позволял одежде падать на пол по мере своего продвижения. Приятно было ощущать тяжелую гипсовость горячей одежды на чистом теле. У нас не было иного способа поменять одежду. В баню мы ходили один раз в три недели. Эти визиты были нашей единственной возможностью помыться.

Предисловие

Узники Гулага жили в непереносимых условиях быта и работы. Они замерзали в плохо отопляемых бараках после работы при cорокоградусном морозе; боролись с голодом; и подвергались постоянным унижениям.

Movie Transcription

Cильные, непереносимые приступы голода непрестанно пытали узников Гулага. Протискиваясь к окошку столовой, заключенные жаждали … требовали еды, всегда зная но пытаясь забыть что жидкая, водянистая каша … что маленький кусочек хлеба (иногда приготовленный почти полностью из опилок) … что эти жалкие «обеды» не смогут подготовить их к атаке местного климата в течение дня. Прохудившиеся лохмотья, не достойные того чтобы их называли «одеждой», защищала заключенных не больше, чем мизерная «еда» удовлетворяла их постоянный голод. Гулаг, в конце концов, располагался в самых холодных местах планеты, глубоко в замерзшей Сибири. Даже конец рабочего дня не приносил облегчения в этом аду. Практически не отопляемые, переполненные бараки воняли больными и умершими, хотя даже это было лучше чем участь «наказанных» заключенных, которые могли проводить несколько месяцев в совсем не отопляемом, cыром карцере, без одеял и на голодном штрафном пайке.